Любить и помнить [Демоны прошлого] - Вера Кауи

– Разве ты не собираешься возвращаться сюда?

Сара удивилась в свой черед.

– Я ухожу от Джайлза. Ухожу к Эду.

– Это понятно. Но ведь ты не бросаешь службу в госпитале? Эд будет по-прежнему на базе в Литл-Хеддингтоне. А ты могла бы вернуться в этот дом, к своей обычной жизни. В глазах окружающих ты будешь все так же моей невесткой. Я просил бы тебя соблюдать видимость. В сущности, это единственное, о чем я хочу попросить тебя, – не объявлять о своем решении всему свету. Хотя, насколько я тебя знаю, говорить об этом излишне.

Сара была сбита с толку. Что за диковинный цветок эта фамильная честь сэра Джорджа – он может расти в самых неблагоприятных условиях. Семья прежде всего. Сара носит фамилию Латрел, и, покуда это так, она должна соблюдать определенные правила, подчиняться долгу, выполнять свои обязанности. Можно делать что хочешь, но внешние приличия надо соблюдать во что бы то ни стало. Сэр Джордж уважает ее права, но настаивает на том, чтобы внешне все оставалось как прежде. Эда это бы здорово позабавило, а тетушку – сильно огорчило.

– Я все сделаю так, как вы считаете нужным, – сказала она. – Мне не хочется скандала. Вы и сами понимаете. О том, что я еду с Эдом, будут знать только два человека – вы и врач на базе. – Сара склонилась над стариком и нежно поцеловала в щеку. – Вы очень добры, вы все понимаете, и за это я вас очень люблю.

– Пойми меня правильно, – сказал он, предупредительно подняв вверх палец. – Я вовсе не одобряю твоего поведения; мне очень больно и обидно за сына, но я пытаюсь быть объективным. Ты ведь знаешь, что для Джайлза это будет большим ударом.

– Разумеется, знаю. Мне не надо объяснять, как тяжело он воспримет то, что я сделала. Я сама ему напишу.

– Конечно, напишешь. Ничего другого я от тебя и не жду. – Это было сказано без тени упрека. – Я вижу, что у тебя это всерьез, а Эд говорил мне, насколько это важно и для него.

– Он вам говорил?

Сара была поражена.

– Ну да. Он ведь тоже очень серьезный человек. И был со мной предельно прям и откровенен. Я знаю, что он собирается на тебе жениться и увезти в Калифорнию, как только сможет. Мы все это с ним обсудили. Он, как и я, прекрасно понимает, что такая женщина, как ты, нипочем не пошла бы на такой шаг, если бы не была уверена в себе. Ты очень ответственно относишься к своим обязанностям, и, зная это, он высоко ценит твою решимость забыть о них ради него. Ты очень много для него значишь, Сара. Вот почему я говорю, что понимаю вас. Для него это не просто фронтовые амуры. Он повидал немало женщин, всегда пользовался успехом, но ему нужна одна ты, Сара, одна на всю жизнь. Он честно мне об этом сказал, и он понимает, каковы будут последствия, какую ответственность он на себя принимает, через что вам обоим придется пройти, прежде чем вы наконец поженитесь. Если бы все обстояло иначе, если бы у меня оставалась хоть капля сомнений на его счет, я бы ни за что не позволил тебе сделать то, что ты хочешь сделать. Но вы оба в полной мере отдаете себе отчет в своих действиях. Сара молчала, потрясенная мудростью и благородством старика.

– Я уже говорил тебе, что давно заметил, что к этому идет. Я, правда, долго надеялся, что ты сумеешь перебороть в себе это чувство, не поддаться ему. Но, видно, любовь – сила неодолимая. Верно, правду говорят, любовь движет миром.

Сара, едва сдерживая слезы, обняла его.

– Вы самый лучший свекор на свете!

– Я просто размяк к старости, и мне приятно видеть людей счастливыми, а я никогда не видел тебя такой счастливой, как после встречи с Эдом. Я повторяю это себе, чтобы не бухнуться перед тобой на колени, умоляя не уходить к нему. – Он печально посмотрел на нее. – Да и какая бы от этого была польза? Что бы я ни предпринял, теперь ничего не изменить.

Сара молча покачала головой.

Сэр Джордж по-прежнему грустно, но с любовью смотрел на нее.

– Вам надо как следует уладить отношения с Джайлзом, – веско сказал он. – Прошу только не быть к нему жестокой. – Он помолчал и добавил после паузы: – И не пиши ему сейчас. Подожди, пока все образуется. Я знаю, что вы с Эдом сильно любите друг друга, но случается, что такие пылкие романы быстро перегорают. Я не хочу быть пророком, но все же, Сара, не торопись ставить все точки над i. Во всяком случае, подожди, пока вы с Эдом вернетесь из отпуска. Будь очень, очень осторожна, выключая Джайлза из своей жизни. Не забудь, где он сейчас и чем он занят. Такой шок может оказаться для него... роковым.

Они встретились взглядами, и в глубине глаз Сары, лучащихся счастьем, мелькнула тень вины. Она поняла разумность доводов старого джентльмена и согласно кивнула.

– Как скажете. Уезжая с Эдом, я считаю наш брак с Джайлзом расторгнутым. Но ради вас я пока не стану ему об этом писать. Рано или поздно сказать ему все же придется. Я хочу быть честной с ним, но не могу обманывать ни Эда, ни себя. Мне не очень нравится мысль не посвящать Джайлза в то, что здесь происходит, но из уважения к вам я так и поступлю.

– Спасибо вам обоим, – сухо ответил сэр Джордж и погладил Сару по руке. – Ты хорошая девочка, несмотря на все, что сделала. Я не лукавлю, Сара. Несмотря ни на что, я совершенно искренне желаю тебе счастья и удачи. Благослови тебя Бог.

5

Сара планировала ехать в Дорсет поездом, Эд попросил у полковника Миллера машину и бензин.

– Только, боюсь, сидеть за рулем придется тебе. С моими култышками не управиться, – сказал он Саре.

– Ничего страшного. Я приличный водитель, – заверила его она. – К тому же хорошо знаю дорогу.

Коттедж располагался на побережье у залива Пул-Бей и был окружен огромной пустошью. Они приехали, когда уже сгустилась тьма, но в доме их встретило веселое пламя камина, который разожгла местная жительница, присматривающая за коттеджем в отсутствие хозяев. В корзинке возле очага лежали поленья. В кладовой Сара нашла дюжину яиц, свежую курицу, молоко и корзинку грибов. Эд захватил с собой американские деликатесы: сливочное масло, ветчину, сыр, тушенку, кофе, огромный кекс, пакетики с печеньем, банки консервированного компота и сметану.

Сара приготовила на ужин омлет с грибами, и они сели у потрескивавшего поленьями камина выпить лучшего кларета из погреба сэра Джорджа.

– Целых семь дней! – радовался Эд. – Целых семь дней с тобой, Сара! Никаких тебе полетов-самолетов, снарядов-нарядов, ни смерти, ни разрушений. Только ты, моя Сара.

Он целовал ее глаза, щеки, шею, губы, которые всегда с готовностью раскрывались, пропуская его язык.

– Ах, Сара, – страстно шептал он, – я искал тебя всю жизнь – и надо же где нашел, на войне, среди всех этих ужасов! Я видел тебя задолго до того, как мы познакомились. Спрашивал, кто ты такая. Мне объяснили, и я подумал: о, эта женщина не про тебя, Эд. И вот оно, чудо, оказалось, что я ошибался. Ты здесь, со мной, и скоро я возьму тебя на руки и отнесу наверх, и буду любить тебя, несмотря на эти проклятые ожоги, буду любить, любить и любить.